Выборы в Фиджи: очередная победа FijiFirst и провал «индийских партий»

Выборы в Фиджи: очередная победа FijiFirst и провал «индийских партий»

14 ноября 2018 года в Республике Фиджи прошли очередные парламентские выборы. Эти выборы вызвали достаточно большой интерес в странах тихоокеанского региона,  обусловленный весьма специфическим политическим прошлым Фиджи и особенностями политического развития этого государства на современном этапе.

Некоторые из этих особенностей в определенной  степени сближают Фиджи как с соседними странами Океании, так и с отдельными странами Европы, о чем будет сказано ниже. Но перед тем как непосредственно говорить о результатах прошедших выборов, следует сказать несколько слов о том, какие события им предшествовали и во многом на них повлияли.

Первым европейцем, достигшим Фиджи и открывшим миру этот архипелаг, стал в 1643 году известный голландский путешественник Абель Тасман. В 1774 году на островах побывал знаменитый британский мореплаватель Джеймс Кук. Однако первые европейские поселенцы появились на островах только в первой половине XIX века. Важнейшим событием в истории Фиджи стал переход архипелага под власть британской короны в 1874 году, который оказал решающее влияние на последующее политическое развитие страны. Следует отметить, что объявление Фиджи британской колонией произошло по инициативе самих фиджийских племенных вождей, что весьма нехарактерно для эпохит колониальных завоеваний.

Начало британского владычества совпало с наблюдавшимся на островах бурным ростом плантаций сахарного тростника, что требовало привлечения новой рабочей силы. В этих условиях английская колониальная администрация приняла поистине судьбоносное для Фиджи решение о ввозе на острова новых рабочих из Индии. В период с 1879 по 1916 год на острова были завезены десятки тысяч индийцев. Все они работали на основе срочных трудовых контрактов, по истечению которых они могли либо вернуться в Индию, либо остаться жить на Фиджи. В итоге, большинство «трудовых индийских мигрантов» предпочло остаться на своей «новой Родине». Фактическим результатом решения англичан привлекать на работы на плантациях индийских рабочих стало возникновение на островах большой индийской общины, наличие которой с тех пор стало одним из важнейших факторов, определяющих ход фиджийской политики.

Благодаря высокой рождаемости численность индийской общины Фиджи (так называемых индо-фиджийцев) к середине XX века превысила численность коренных жителей архипелага, что привело к росту межэтнической напряженности. Индо-фиджийцы к этому времени заняли господствующие позиции в экономике островов, что также не способствовало укреплению «дружбы народов». Одним из специфических последствий сложившегося демографического и экономического баланса стало то, что на архипелаге практически отсутствовали политические силы, выступавшие за провозглашение независимости Фиджи. Напротив, этнические фиджийцы, как могли, сопротивлялись расширению автономии колонии, опасаясь, что в случае независимости к власти в стране придёт индо-фиджийское большинство.

Не смотря на всё это, британское правительство твёрдо придерживалось курса на деколонизацию и в 1970 году Фиджи получило независимость, оставшись при этом членом Британского Содружества. При переходе к независимости ключевым стал вопрос о политическом представительстве в государственных органах коренных фиджийцев и индо-фиджийцев. В ходе долгих переговоров была выработана компромиссная формула, согласно которой в парламенте у обеих общин должно было быть равное количество мест, кроме того, несколько мест отдавалось другим этническим группам, проживающим на островах (европейцам, китайцам и др.).

Данный компромисс достаточно успешно сохранялся в течение почти двух десятилетий. При этом следует отметить, что в течение XX века на Фиджи сложилось так называемое «двухобщинное общество», в рамках которого две крупные этнические группы сосуществуют вместе, но весьма мало соприкасаются друг с другом. (Ранее мы уже писали о подобных сообществах на примере Новой Каледонии (европейцы и канаки) и Латвии (латыши и русскоязычные)). Тем не менее, как оказалось, указанный компромисс был довольно хрупким и рухнул при возникновении первой же конфликтной ситуации.

В апреле 1987 года победу на парламентских выборах одержала коалиция партий, в которой основную роль играли силы, представлявшие интересы индийской общины. Опасаясь того, что приход индо-фиджийцев к власти будет негативно воспринят коренным населением островов, победители решили выдвинуть на пост премьер-министра этнического фиджийца Тимоси Бавадру. Однако этот политический ход не обманул радикальных фиджийских националистов и уже 14 мая 1987 года в ходе военного переворота, который возглавил полковник Ситивени Рабука, правительство Т. Бавадры было свергнуто.

Лидеры переворота прямо заявляли, что важнейшей его целью является обеспечение привилегированного статуса этнических фиджийцев в политической системе страны. Итоги переворота, ожидаемо, не были признаны Верховным судом и генерал-губернатором Фиджи Пенаиа Нганилау, представлявшим британскую королеву Елизавету II. В этих условиях С. Рабука 25 сентября 1987 года решился на осуществление ещё одного военного переворота, в результате которого была отменена действующая конституция, а Фиджи было объявлено независимой республикой. Естественно, сразу же после этого страна была исключена из Содружества наций.

Премьер-министр Фиджи Фрэнк Баинимарама на встрече глав государств-членов Содружества наций. Лондон, апрель 2018 года. Фото: Getty Images

Результатом победы фиджийских националистов стало принятие в 1990 году новой конституции, в которой должности президента и премьер-министра, 2/3 мест в Сенате и большинство мест в Палате представителей были зарезервированы за этническими фиджийцами. Все эти события привели к довольно массовой эмиграции индо-фиджийцев, что, в свою очередь, привело к тому, что «коренные фиджийцы» вновь стали составлять этническое большинство в стране. Казалось бы, победа над индийцами достигнута, однако уже очень скоро победители поняли, что подобная «конституция мягкого апартеида» хорошо смотрелась бы в конце XIX, но никак не XX века.

События 1987–1990 годов вызвали резкое обострение политической и межэтнической напряженности в обществе, что вскоре привело к постановке вопроса о необходимости внесения изменений в конституцию. Как ни парадоксально, работа над этими изменениями проходила под руководством являвшегося тогда премьер-министром Ситивени Рабуки, усилиями которого данная конституция изначально и была принята. В результате, в 1997 году была принята новая конституция Фиджи, в тексте которой отсутствовали положения о привилегированном статусе этнических фиджийцев. Что характерно, после этого Фиджи вновь приняли в состав Содружества наций.

Первые же парламентские выборы, состоявшиеся после принятия новой конституции в 1999 году, принесли победу Лейбористской партии Фиджи, выражавшей интересы, прежде всего, индийской общины. Результатом этой победы стало формирование правительства во главе с Махендрой Чаудри, который стал первым премьер-министром из числа индо-фиджийцев. Естественно, это вызвало неоднозначные чувства у многих коренных фиджийцев (как говорится,  «на Фиджи одна беда – индийцы у власти»….) и уже 19 мая 2000 года группа мятежников во главе с неудачливым бизнесменом Джорджем Спейтом предприняла попытку совершить очередной государственный переворот, захватив в заложники премьер-министра и некоторых членов кабинета министров.

Одной из целей этого путча было провозглашено принятие новой конституции, в которой было бы закреплено исключительное право этнических фиджийцев занимать должности президента и премьер-министра страны. Однако уже 29 мая власть мятежников пала в результате нового военного переворота, инициированного коммодором Фрэнком Баинимарамой, который со временем превратился в одного из самых влиятельных политиков Фиджи.

После этой череды военных переворотов, по числу которых Фиджи является одним из несомненных лидеров в Океании, наступили несколько лет политического затишья, прерванного очередным переворотом в 2006 году. На этот раз военные во главе с Ф. Баинимарамой, который на тот момент был главнокомандующим вооруженными силами, свергли правительство Лайсениа Нгарасе. Должность премьер-министра Фиджи занял сам Фрэнк Баинимарама.

Когда же в 2009 году Апелляционный суд Фиджи признал действия военных во время переворота 2006 года не соответствующими закону и постановил распустить парламент, а также отправить в отставку правительство Баинимарамы, президент Хосефа Илоило не побоялся и распустил все суды, лишив судей полномочий, приостановил  действие  конституции 1997 года и заявил, что новые парламентские выборы пройдут не позднее сентября 2014 года [1]. Сразу после этого он восстановил Фрэнка Баинимараму в должности премьер-министра [2].

В 2013 году была принята новая конституция Фиджи (Принятие всё новых и новых конституций, как и регулярные государственные перевороты, уже стало визитной карточкой Фиджи). Следует отметить, что новая конституция во многих вопросах принципиально расходится с предшествующими плодами фиджийской конституционной мысли. Прежде всего, она базируется на идее наличия единой политической фиджийской нации, включающей в себя и коренных фиджийцев и индо-фиджийцев. Кроме того, в рамках конституционной реформы были ликвидированы невыборная верхняя палата парламента (Сенат) и Великий совет вождей, в который входили главы фиджийских племён.

Встреча Дмитрия Медведева с премьер-министром Фиджи Фрэнком Баинимарамой 28 июня 2013 года в Московской области. Фото: government.ru

Были отменены также общинные квоты на парламентское представительство, которые всегда были предметом раздоров между этническими фиджийцами и индо-фиджийцами. Отныне 50-тиместный однопалатный парламент избирается на основе пропорционального представительства в рамках единого избирательного округа, включающего всю территорию страны. Наконец, новая конституция закрепила особые права коренных фиджийцев на землю, подавляющая часть которой находится в их собственности, что уже давно вызывает недовольство индийской общины [3].

В сентябре 2014 года на основе новой конституции состоялись первые парламентские выборы, уверенную победу в которых одержала созданная в марте того же года партия «Фиджи Первый» (англ. FijiFirst) во главе с Ф. Баинимарамой. Следует отметить, что в ходе предвыборной кампании лидер партии постоянно заявлял о своём стремлении выражать интересы всех фиджийцев независимо от их этнической принадлежности [4]. Нельзя не признать, что попытка создать полиэтническую партию представляет собой  совершенно новое явление для фиджийской политики. Такая политическая позиция привлекла многих избирателей и обеспечила партии абсолютное большинство мест в новом парламенте (32 из 50). В целом за FijiFirst проголосовало 59,17% избирателей [5].

Прошло четыре года и на парламентских выборах 14 ноября 2018 года ситуация сложилась несколько иначе. В ходе избирательной кампании оппозиция достаточно жёстко и с разных сторон критиковала результаты правления Ф. Баинимарамы. В свою очередь, премьер-министр обвинил оппозиционные партии в том, что они по-прежнему поддерживают межобщинное разделение, защищая интересы либо этнических фиджийцев (Социал-демократическая либеральная партия, англ. Social Democratic Liberal Party, SODELPA), либо индо-фиджийцев (Партия национальной федерации, National Federation Party, NFP), тогда как правящая под его руководством партия выражает интересы всех жителей страны [6].

Кандидаты Социал-демократической либеральной партии (SODELPA) на первом предвыборном собрании в январе 2018 года. Четвёртый справа в нижнем ряду – лидер партии генерал-майор Ситивени Рабука. Фото: www.sodelpafiji.org

Нужно признать, что критика оппозиции со стороны главы правительства в значительной степени имела под собой основания. В частности, главная оппозиционная политическая сила – SODELPA – фактически открыто позиционировала себя в качестве партии коренных фиджийцев. Её лидер генерал-майор Ситивени Рабука (да-да, тот самый герой военных переворотов 1987 года) заявлял, что в случае прихода к власти восстановит Великий совет вождей и Сенат, а также вернет выборы по этническим квотам, что, по сути, означало бы полный пересмотр конституции 2013 года [7]. Кроме того, SODELPA выступила в поддержку законопроекта, предоставляющего приоритетное право на владение прибрежными территориями коренным фиджийцам, который вызвал серьёзное недовольство со стороны индийской общины.

Другая представленная в парламенте оппозиционная партия – NFP – традиционно выражала интересы индо-фиджийцев. Робкие попытки партии позиционировать себя в качестве полиэтнической политической силы особым успехом не увенчались и в своей предвыборной программе NFP сделала акцент на решении социальных вопросов и критике действующей власти [8].

Всего в прошедших выборах приняло участие 6 партий, каждая из которых могла попасть в парламент только получив не менее 5% голосов избирателей. В итоге, по результатам голосования в парламент смогли пройти лишь три политические силы. Первое место, как и в 2014 году заняла FijiFirst, за которую проголосовало 50,02% избирателей [9]. Это принесло партии абсолютное большинство мест в парламенте (27 из 51) [10], но при этом, по сравнению с предыдущими выборами, она потеряла 5 мест. К тому же, в отличие от предыдущего состава парламента, нынешний насчитывает 51 депутата, что вызвано увеличением численности населения (соответствующее положение содержится в конституции) [11].

Второе место заняла SODELPA, за которую проголосовало 39,85% избирателей [9]. И это несомненный успех партии, которая более чем на треть смогла увеличить свой электорат по сравнению с выборами 2014 года – тогда за неё проголосовало 28,18% избирателей. В результате сторонники «традиционных фиджийских духовных скреп» смогли получить 21 место в парламенте [10] вместо прежних 15. Наконец, третье место вновь заняла NFP, за которую отдали голоса 7,38% избирателей [9], что принесло ей 3 места в парламенте [10]. И хотя NFP немного улучшила свой результат по сравнению с 2014 годом, когда она получила 5,46% голосов, в самой партии достигнутый результат был расценен как весьма чувствительное поражение.

Следует отметить, что в последние годы партии, ориентированные на защиту интересов индо-фиджийцев, пребывают в очень серьёзном упадке. Достаточно сказать, что некогда могущественная и непобедимая Лейбористская партия Фиджи на прошедших выборах заняла последнее место, набрав лишь 0,62% голосов. Что касается  явки избирателей, то она была достаточно высокой и в итоге составила 71,27% [9]. Правда, этот результат более чем на 12% ниже, чем в 2014 году.

Оценивая результаты прошедших выборов, нельзя не отметить существенный подъём партии SODELPA. Партия заметно улучшила свой результат, оседлав волну борьбы за «права коренных фиджийцев». По сути, партия С. Рабуки хотела бы вернуть страну в благодатные времена этнического разделения, основанного на привилегированном положении «коренного народа». Как было показано выше, данная политика ничего хорошего Фиджи не принесла, да и сам Ситивени Рабука в свое время вынужден был участвовать в демонтаже «этнической конституции».

Также показательными являются низкие результаты «индийских партий». И это в условиях, когда индо-фиджийцы, несмотря на эмиграцию минувших лет, всё ещё представляют собой довольно крупную общину (по данным последней всеобъемлющей переписи населения, прошедшей в 2007 году, индо-фиджийцы составляли 37,48% населения Фиджи, этнические фиджийцы — 56,82% [12]). Вполне возможно, что значительная часть индо-фиджийцев в условиях, когда они стали составлять меньшинство населения, переориентировалась на партии, декларирующие отказ от чисто этнической политики, к примеру, на FijiFirst. Думается, данную тенденцию стоит приветствовать, поскольку партийная система, основанная на этническом расколе, доказала на примере Фиджи свою неэффективность.

Лидер партии FijiFirst Фрэнк Баинимарама приносит присягу в качестве нового премьер-министра Фиджи после ноябрьских выборов 2018 года. State House, Suva. Фото: FIJI GOVERNMENT

Очень показательным фактом, который продемонстрировали выборы, является также и то, что две крупнейшие партии страны – FijiFirst и SODELPA – возглавляют люди, чья искренняя приверженность принципам демократии вызывает обоснованные сомнения. Оба лидера, и Фрэнк Баинимарама, и Ситивени Рабука в своё время с большим увлечением участвовали в руководстве военными переворотами, посредством которых насильственно свергались избранные народом власти. Тем не менее, представляется, что в данный период своего развития Фиджи, преодолев множество испытаний, всё же движется по демократическому пути развития и остается лишь пожелать, чтобы страна не свернула с него в будущем.

  1. Fiji under New Legal Order and new Head of State // Pacific Islands News Association (www.pina.com.fj), 10/04/2009
  2. Dorney S. Bainimarama sworn in again as Fiji PM // ABC News (www.abc.net.au), 11 Apr 2009
  3. Constitution of the Republic of Fiji 2013 // Pacific Islands Legal Information Institute (www.paclii.org)
  4. Morris R. Fiji First unveiled as Bainimarama’s new party name for elections // Pacific.Scoop (pacific.scoop.co.nz), March 31, 2014
  5. Fijian Election Snapshot 2014 GENERAL ELECTION // Fijian Elections Office (www.feo.org.fj)
  6. Bainimarama hits out at opposition // Radio New Zealand (www.radionz.co.nz), 8 October 2018
  7. Fiji’s Great Council of Chiefs restored in 100 days under SODELPA — Rabuka // Radio New Zealand (www.radionz.co.nz), 19 October 2018
  8. MANIFESTO OF THE NATIONAL FEDERATION PARTY 2018 GENERAL ELECTIONS // National Federation Party (nfpfiji.com)
  9. FIJI GENERAL ELECTIONS 2018 — RESULTS // fijivillage.com
  10. PROFILES FOR MEMBERS OF PARLIAMENT // Parliament of the Republic of Fiji (www.parliament.gov.fj)
  11. Elections // Parliament of the Republic of Fiji (www.parliament.gov.fj)
  12. 2007 Population census: Population and Demography  // Fiji Bureau of Statistics (www.statsfiji.gov.fj)

В начале статьи: Предвыборный плакат партии FijiFirst. Фото: www.onlinebreakingnews.info

Оставьте комментарий