Франция: триумфальная победа политкорректности над здравым смыслом

Франция: триумфальная победа политкорректности над здравым смыслом

В мае-апреле этого года состоялись президентские выборы во Франции, которые по степени общественного резонанса оказались сравнимыми, пожалуй, только с выборами Президента США. Выборы прошли в два тура – 23 апреля и 7 мая 2017 года соответственно. И во втором туре большинство французов голосовало по принципу «Кто угодно, только не Ле Пен!»

Внимание к этим выборам было приковано во многом потому, что вскоре после выборов в США и Нидерландах на мировой политической арене вновь замаячила перспектива победы на выборах кандидата от «популистов», столь ужасающих правящую элиту. В данном случае речь идет о лидере Национального Фронта (НФ) Марин Ле Пен. Между тем, следует отметить, что рассмотрение прошедших во Франции выборов только через призму борьбы «популистов» и «глобалистов» было бы не совсем правильным. В ходе этих выборов проявилось сразу несколько новых тенденций развития политической жизни во Франции, которые позволяют назвать их поистине революционными. Каждый человек, который хоть иногда смотрит новости, конечно же знает результаты голосования во Франции. Поэтому, упоминая о статистике выборов и непосредственном ходе кампании, мы хотели бы сосредоточиться, в основном, на анализе именно тех новых тенденций развития французской политической жизни, о которых было упомянуто выше.

Лидер Национального Фронта Марин Ле Пен – валькирия, заставившая содрогнуться традиционную французскую элиту, которая в стремлении преградить ей дорогу перешла на сторону кандидата, в политическом смысле не стоящего и ломаного су

Перед тем, как говорить об этих «новинках», следует сказать о том, как вообще проходят во Франции выборы главы государства. В ходе президентских выборов избранным считается кандидат, который в первом туре получил более 50% голосов избирателей. К слову сказать, за весь период существования во Франции нынешнего политического режима, именуемого, Пятой республикой, такая ситуация не возникала ни разу. Если ни один из кандидатов не получил такого большинства, проводится второй тур выборов, в котором участвуют 2 кандидата, получивших наибольшее количество голосов в первом туре. Таким образом, перед нами классическая мажоритарная система абсолютного большинства, применяемая на выборах Президента и у нас в России.

Для участия в выборах кандидат должен собрать не менее 500 подписей выборных должностных лиц, к которым относятся депутаты обеих палат парламента, члены региональных советов, генеральные советники, советники Парижа, члены территориальных ассамблей Корсики и заморских территорий, а также мэры городов. Для справки, региональные советы во Франции – это выборные органы, действующие в рамках регионов, которые являются аналогом наших федеральных округов. Генеральные советы – это выборные органы, действующие в рамках департаментов, из которых состоят регионы. Следует отметить, что в категорию «подписантов» не входят депутаты муниципальных советов, хотя они тоже избираются. Фактически, перед нами своеобразный «президентский фильтр», целью которого является отсечение от участия в выборах случайных кандидатов. Нетрудно заметить, что этот «механизм отсечения» очень похож на существующий в России «муниципальный фильтр», используемый на выборах губернаторов, когда кандидат при своём выдвижении должен получить определенное число подписей муниципальных депутатов. И это не случайно. Разработчики российского закона, устанавливавшего этот фильтр, не скрывали, что их вдохновлял именно французский опыт. Следует, однако отметить, что данная процедура выдвижения кандидатов очень часто критикуется в самой Франции и мало кем рассматривается в качестве «сокровища французской правовой мысли». При этом указанные подписи должны быть собраны не менее чем в 30 различных департаментах и территориях при условии, что число подписей от одного департамента не может превышать 10% [1]. В 2017 году сбор подписей проходил с 25 февраля по 17 марта.

Предыдущий президент Франции социалист Франсуа Олланд со своим несостоявшимся преемником Мануэлем Валльсем

Уже к моменту начал сбора подписей случилось событие, которое не имело аналогов в истории Пятой республики с момента её возникновения в 1958 году – 1 декабря 2016 года действующий Президент Франции Франсуа Олланд заявил, что не будет выставлять свою кандидатуру на второй срок. С одной стороны, это было ожидаемо, поскольку уровень популярности Олланда колебался на маргинальном уровне в 4-5%. Кроме того, для выдвижения он должен был бы пройти первичные выборы в рамках своей Социалистической партии (СП, фр. Parti Socialiste) на которых его победа была маловероятна. Президент не пользовался поддержкой рядовых социалистов и к тому же совершенно испортил отношения с партийной элитой. Осенью 2016 года в продаже появилась книга двух французских журналистов, составленная на основе их многочисленных интервью и бесед с месье Олландом (этакие «Застольные разговоры Гитлера»). В этих довольно откровенных разговорах Франсуа Олланд не сдерживался в выражениях и сумел оскорбить практически всех лидеров социалистов. Апофеозом стало его частное мнение, что Социалистическую партию Франции вообще надо распустить. С другой стороны, как уже было сказано, до Олланда все действующие президенты обязательно пытались добиться переизбрания. Однако это стало далеко не последней новацией предстоящих президентских выборов.

Импозантный лидер партии «Республиканцы» и бывший президент Франции Николя Саркози. Учредительный конгресс партии, май 2015 г.

Как уже говорилось выше, кандидат для своего выдвижения должен был собрать 500 подписей выборных должностных лиц. Это удалось в итоге 11 кандидатам. Все они представляли те или иные партии и движения. При этом одной из важнейших особенностей при выдвижении кандидатов на этих выборах стало достаточно широкое применение пришедшей из США технологии отбора кандидата от партии в рамках проведения внутрипартийных выборов – праймериз. Ещё 10 лет назад во Франции её просто не существовало. Теперь же сразу 3 партии (Соцпартия, правые «Республиканцы» и «зеленые») заявили о проведении праймериз. Следует отметить, что первые две из этих партий являются крупнейшими в стране. В этом смысле тенденция расширения внутрипартийной демократии во Франции проявляется в последние годы все более отчетливо. Более того, спецификой французских праймериз является то, что выдвигаться и голосовать на них могут не только члены партии, как это принято в других европейских странах, но и беспартийные, разделяющие ценности данной партии. Так, например, у «Республиканцев» в праймериз могли участвовать все граждане, заплатившие сбор в 2 евро и подписавшие «хартию правоцентристов».

«Зелёные» кандидаты: Карима Делли, Сесиль Дюфло, Янник Жадо, Мишель Ривази

Говоря о французских праймериз накануне президентских выборов 2017 года, следует сказать, что все они закончились с весьма неожиданным итогом. Первыми на «тропу праймериз» вышли «зеленые» – объединённая партия «Европа Экология – Зеленые» (фр. Europe Écologie Les Verts (EÉLV)).  Праймериз «зеленых» прошли в два тура 19 октября и 7 ноября 2016 года. Главным кандидатом на них считалась Сесиль Дюфло, являвшаяся одним из давних лидеров партии. В её победе были уверены почти все СМИ. Ей противостояли 3 депутата Европарламента от «зеленых» – Карима Делли, Янник Жадо и Мишель Ривази. Кстати сказать, Сесиль Дюфло изначально была против проведения праймериз и в этом смысле «как в воду глядела». Уже первый тур праймериз стал для многих сторонников «зеленых» шоком. С. Дюфло заняла только третье место, получив 24,41% голосов партийных избирателей. Во второй же тур вышли Янник Жадо, набравший 35,61% голосов, и Мишель Ривази с 30,16% голосов [2]. Во втором туре достаточно уверенную победу одержал Жадо, набравший 54,25% голосов против 40,75% голосов у Ривази. Это было первым поражением партийной элиты в ходе праймериз, но далеко не последним. Забегая вперед, скажем, что «зеленые» ещё раз удивили своих избирателей – победивший на праймериз Я. Жадо в выборах вообще не участвовал, поскольку в конце января снял свою кандидатуру в пользу социалиста Бенуа Амона, подписав с ним совместную декларацию [3]. Главной причиной этого шага стало то, что «зеленые» не так популярны в современной Франции, как в некоторых других странах Европы, и их кандидат на выборах предсказуемо стал бы явным аутсайдером. Правда, тогда возникает вопрос о смысле проведения праймериз….

«Республиканская» тройка – Франсуа Фийон, Ален Жюппе, Николя Саркози

Следующими в процесс праймериз погрузились «Республиканцы» (фр. Les Républicains), вторая во Франции и главная на тот момент оппозиционная партия. При этом следует отметить, что процедура выдвижения кандидатов на праймериз была схожа с процедурой самих президентских выборов. Кандидаты также должны были набрать определенное количество подписей выборных должностных лиц, представляющих партию в разных регионах. В результате это требование смогли выполнить 7 кандидатов. Среди них сразу выявилась тройка «политических тяжеловесов». В неё вошли бывший премьер-министр Франции Ален Жюппе, бывший президент Николя Саркози и бывший при нём премьер-министром Франсуа Фийон. При этом Н. Саркози, являвшийся главой партии, не был сторонником проведения праймериз, но позднее согласился с этой идеей (как показали дальнейшие события, его скепсис имел серьезные основания).

Франсуа Фийон, неожиданно для себя победивший в праймериз Республиканцев

Практически все обозреватели были уверены, что основная борьба развернется между Аленом Жюппе и Николя Саркози. Франсуа Фийону давали устойчивое, но 3 место. Несмотря на очень удачные выступления Фийона во внутрипартийных теледебатах и повышение его уровня поддержки, все социологи отдавали ему только «бронзу». 20 ноября 2016 года состоялся первый тур голосования, результаты которого не только поразили страну, но и заставили говорить о «кризисе французской политической социологии». В первом туре убедительную победу одержал Франсуа Фийон, получивший 44,1%. голосов. Второе место осталось за Жюппе с 28,6% голосов, а вот Саркози, погрязший в ходе избирательной кампании сразу в нескольких финансовых скандалах, смог получить только 20,7% голосов избирателей [4]. Из 95 департаментов Франции он победил только в двух. Сразу после этого Саркози призвал своих сторонников поддержать во втором туре Фийона и заявил, что сам будет голосовать за него. При этом он также заявил о своем уходе из политики, правда, уже не в первый раз….  27 ноября во втором туре праймериз Франсуа Фийон просто сокрушил Алена Жюппе: 66,5% – 33,5%, победив во всех департаментах кроме двух [5]. Таким образом, и здесь победителем праймериз оказался кандидат, которого мало кто ждал.

Фавориты праймериз социалистов Мануэль Валльс и Бенуа Амон

Наконец, последней к праймериз приступила правящая Социалистическая партия.  Тут присутствовал явный фаворит – Мануэль Валльс, бывший премьер-министром при Франсуа Олланде. Кроме него подписи выборных должностных лиц смогли собрать ещё 3 кандидата-социалиста. Кроме них, в праймериз также участвовали 3 представителя других левых партий. И опять уже в первом туре праймериз произошла сенсация. Мануэль Валльс занял только второе место, набрав 31,48% голосов. Победителем же оказался бывший министр образования Бенуа Амон, не принимавшийся почти никем всерьёз и, тем не менее, получивший 36,03% голосов [6]. Во втором туре 29 января 2017 года Б. Амон получил 58,69% голосов, далеко обойдя ожидавшегося «фаворита» М. Валльса, за которого проголосовал 41,31% избирателей. И вновь победителем оказался кандидат, достаточно чуждый правящей партийной элите.

«Франция на перекрёстке». Карикатура

Праймериз во Франции, вслед за США, подтвердили, что их проведение существенно ограничивает возможности партийной бюрократии влиять на выбор кандидата партии на предстоящих выборах. Показательно, что во всех трех случаях победили не просто «неэлитные» кандидаты, а кандидаты, чьи программы достаточно сильно отличались от официальных позиций их партий по многим вопросам. В этом смысле подтвердился базовый закон праймериз: партийные активисты всегда настроены в своей массе радикальнее партийной верхушки, и они своим голосованием способствуют победе тех кандидатов, которых бы никогда не избрали на съезде партии. Правда, у этого есть и обратная сторона: чем радикальнее программа партии, тем дальше от неё уходят умеренные избиратели.

Жан-Люк Меланшон – лидер левой партии «Непокоренная Франция», занявшей место обанкротившейся в политическом смысле Социалистической партии

Что касается остальных 8 кандидатов в президенты Франции, то они были выдвинуты на партийных съездах без проведения праймериз. Из них особо хотелось бы отметить Эмманюэля Макрона и Жан-Люка Меланшона. Оба они в свое время были членами соцпартии, но покинули её ряды, будучи недовольными её программными установками. При этом Э. Макрон вышел из партии только во второй половине 2016 года. И Макрон, и Меланшон были приглашены руководством социалистов принять участие в партийных праймериз, но получили отказ. Макрон предпочел выдвинуться от созданного им движения «En Marche!» («Вперед!»), Меланшон в 2016 году также создал собственное движение «Непокоренная Франция» (фр. La France insoumise), которое и выдвинуло его кандидатуру на выборах. Причиной этого, кроме наличия собственных политических амбиций было нежелание связывать свою политическую судьбу с правящей Социалистической партией, стремительно пикирующей с политического Олимпа. Как показали дальнейшие события, расчет обоих оказался верным.

Пенелопа Фийон (справа), обвинённая мелочными газетчиками из «Канар аншене» в том, что недостаточно часто ходила на работу в парламент

Формально, после регистрации кандидатов началась предвыборная кампания, однако фактически она шла уже с конца 2016 года. Эта кампания продемонстрировала ещё одну новую особенность современной французской политики: она стала очень-очень грязной. Политика и особенно период проведения выборов, надо сказать, никогда не отличались чистотой, но выборы 2017 года побили в этом отношении все мыслимые и немыслимые рекорды. Практически все наиболее влиятельные кандидаты в президенты в ходе предвыборной кампании погрузились в пучину непрекращающихся скандалов. Первой жертвой стал Франсуа Фийон. После его победы на праймериз он стал считаться главным фаворитом кампании, обойдя по популярности лидировавшую до этого в опросах Марин Ле Пен. Многие предрекали, что он обречен стать новым президентом. Однако «праздник на улице Фийон» длился совсем недолго. Уже в конце января 2017 года грянул так называемый «Пенелопагейт». Еженедельник «Канар аншене» опубликовал серию разоблачительных материалов о том, что в течение многих лет жена Ф. Фийона Пенелопа получала зарплату, будучи его помощником как депутата, не выполняя никаких реальных трудовых функций. Фийон первоначально пытался отбиваться, однако вскоре выяснилось, что он заодно устроил помощниками депутата и своих детей, которые вообще не появлялись в парламенте и, похоже, весьма смутно представляли себе его местонахождение. Франсуа Фийон принес публичные извинения, но они не помешали правоохранительным органам начать расследования его действий. Дальше – больше. Неожиданно всплыли факты получения Ф. Фийоном сомнительных кредитов от близких ему бизнесменов. Припомнили Фийону и былые «тёплые» отношения с президентом России Путиным (во французской прессе за Фийоном давно закрепился статус «путинофила» [7]). Несмотря на то, что Фийон решил продолжить предвыборную кампанию, его позиции сильно покачнулись, и он уже никем не считался фаворитом.

Дружба, которая не проходит даром…

После Фийона пришел черед Марин Ле Пен. Она была обвинена в том, что несколько её помощников в Европарламенте, депутатом которого она является, также получали зарплату, фактически ничего не делая. Эта тема охотно развивалась не только французскими, но и европейскими СМИ. Не обошли скандалы и Эмманюэля Макрона.  Ему вменили в вину слишком вольготное обращение с денежными средствами на представительские расходы в бытность его министром финансов, а также трату почти 400 тысяч евро на организацию приема бизнесменов в Лас-Вегасе при отсутствии информации об источнике этих средств [8]. При этом в ходе кампании постоянно звучала тема о скрытом гомосексуализме Эмманюэля Макрона, прикрытием которого является его жена, которая старше его на 23 года.

Брижит Макрон (слева) – новая первая леди Франции

Помимо череды постоянных скандалов, данная кампания ознаменовалась довольно жестким стилем ведения предвыборных дебатов. Все признают, что таких ожесточенных дебатов в истории французского телевидения ещё не было. При этом дебаты имели ещё одну особенность: в них участвовали не все кандидаты. Из 11 кандидатов для участия в дебатах были приглашены только 5 лидеров предвыборной гонки: Марин Ле Пен, Эмманюэль Макрон, Франсуа Фийон, Жан-Люк Меланшон и Бенуа Амон. Это вызвало бурное негодование остальных 6 кандидатов, однако оно было проигнорировано телевизионными СМИ [9]. Правда, позднее всё-таки были организованы дебаты между остальными 6 кандидатами, но внимание к ним было минимальным. Почти всё своё время СМИ отдавали освещению акций первой пятерки, остальные же кандидаты показывались, чуть ли не в юмористическом ключе. Результатом дебатов стал рост популярности Ж.-Л. Меланшона, который был признан победителем дебатов, и окончательный упадок кандидатуры Б. Амона. Последний в ходе дебатов практически не отвечал на вопросы и в основном рекламировал свою программу.

Не обошли претенденты своим вниманием и Россию. Их позиции по вопросу франко-русских отношений оказались почти полностью противоположными. Если Марин Ле Пен и Франсуа Фийон выступали за скорейшую нормализацию отношений с нашей страной вплоть до отмены санкций, то Эмманюэль Макрон и особенно Бенуа Амон выступали за продолжение «жесткой линии» в отношении Москвы. Жан-Люк Меланшон, в принципе, был за нормализацию отношений с Россией, однако избегал какой-либо конкретики и в этом вопросе тоже. В этой ситуации неудивительно, что подавляющее число российских СМИ почти открыть поддерживали Ф. Фийона и М. Ле Пен, достаточно резко критикуя кандидатуру Э. Макрона.

Карикатура «Президентские дебаты на TF1». Вверху (слева направо): Макрон, Ле Пен, Фийон. Внизу (слева направо): Меланшон, Амон. Мысль: «Как вы хотите вести дебаты одиннадцатью участниками, если не хватает места для пятерых?»

Состоявшийся 23 апреля первый тур выборов принес во многом неожиданные результаты и вновь проявил совершенно новые тенденции во французской политике. Во-первых, победу в нём одержал получивший 24,01% голосов Эмманюэль Макрон. Это стало просто революцией во французской политической жизни. Лидером гонки стал поистине «человек ниоткуда». Вопрос, кто такой Эмманюэль Макрон, ещё два года назад поставил бы большинство французов в непреодолимый тупик. Более того, за год до выборов его ненавидела половина Франции, поскольку именно он был инициатором закона о либерализации рынка труда, против которого активно выступали французские профсоюзы. И вот теперь этот человек становится фаворитом президентской гонки. Кроме того, уникальным для Франции является и то, что кандидатом на пост президента страны стал человек, до этого никогда не занимавший никаких выборных постов и вообще почти не участвовавший в публичной политике. В этом смысле он очень близок к Дональду Трампу, несмотря на различия в их идеологических позициях. Наконец, лидером гонки стал человек не связанный ни с одной из крупных сложившихся партий и постоянно критикующий традиционный истеблишмент, хотя и, надо сказать, довольно лицемерно.

Карикатура «Социалисты поклоняются богу Амону»

Во-вторых, выборы показали рост популярности Национального Фронта во главе с Марин Ле Пен, получившей 21,30% голосов избирателей и уверенно вышедшей во второй тур, хотя и со второго места. В-третьих, выборы обнажили глубокий кризис двух господствовавших до этого во Франции политических сил – Социалистической партии и партии «Республиканцев» – их кандидаты даже не попали во второй тур. Но если у Франсуа Фийона есть возможность списать свой провал на развернувшуюся против него «кампанию травли» во французских СМИ, то катастрофа кандидата социалистов Бенуа Амона (6,36% голосов) имеет чисто политический характер. Напомним, что на предыдущих президентских выборах именно кандидат соцпартии Франсуа Олланд одержал победу и стал президентом Франции. Можно выделить две основные причины такого провала. Прежде всего, уж очень многие французы по разным причинам были крайне разочарованы результатами правления социалистов и хотели перемен. С другой стороны, Бенуа Амон, фактически проваливший дебаты, предложил стране программу, по содержанию не слишком отличавшуюся от Третьей Программы КПСС. Помимо прочего, в ней содержались предложения и о поощрении иммиграции и приема беженцев, и о введении безусловного обязательного (базового) дохода для всех французов, и о радикальном повышении налогов на богатых, и об отказе от ядерной энергетики, ключевой для экономики Франции, и о легализации однополых браков и марихуаны. Столь смелая программа вызвала восторг активистов партии, поддержавших её в ходе праймериз, но она же оттолкнула от партии хоть сколько-нибудь вменяемых избирателей. Оказалось, что рядовые французы почему-то не особо стремятся иметь по соседству однополую пару обкуренных иммигрантов, живущих на безусловный базовый доход и разглагольствующих о зелёной энергетике и о необходимости заставить богатых делиться.

В-четвертых, выборы в очередной раз показали, что «свято место пусто не бывает». На место полностью обанкротившихся социалистов стремительно ворвался Жан-Люк Меланшон, получивший 19,58% голосов избирателей. По своим взглядам он всегда находился даже левее социалистов, но его программа в этот раз оказалась более реалистичной. Кроме того, он сумел провести прекрасную избирательную кампанию, став фигурой № 1 на левом фланге политического спектра страны [10]. В-пятых, впервые во Франции из кандидатов, занявших первые 5 мест. двое (М. Ле Пен и Ж.-Л. Меланшон) прямо выступали за выход Франции из Евросоюза. Такой критики в адрес ЕС, как в ходе этой президентской кампании во Франции, не было никогда в истории ЕС. Кроме того, Меланшон прямо и смело выступил и за выход Франции из НАТО. В-шестых, выборы показали и географический раскол Франции. Он прошел примерно по центру страны по вертикали. Запад страны почти весь отдал предпочтение Э. Макрону. Восток, за исключением региона Рона-Альпы с центром в Лионе, отдал предпочтения Марин Ле Пен. Также следует отметить, что почти во всех крупных городах уверенную победу одержал Макрон, тогда как в небольших городах и сельской местности успех сопутствовал Ле Пен.

Николя Дюпон-Эньян и Марин Ле Пен

Сразу после выборов начал складываться уже традиционный для Франции «республиканский фронт» всех партий против «фашистов» из Национального Фронта. В 2002 году это объединение буквально раздавило во втором туре отца Марин Ле Пен, Жан-Мари Ле Пена. И в этот раз, сразу после объявления результатов первого тура, столь далекие друг от друга Ф. Фийон и Б. Амон призвали поддержать во втором туре Э. Макрона, чтобы остановить «правую экстремистку» Ле Пен. Однако и здесь Францию ждала неожиданность. Ни один из кандидатов, занявших места с 6 по 11 не призвал поддержать Э. Макрона. Более того, кандидат занявший 6 место Николя Дюпон-Эньян призвал поддержать Марин Ле Пен. Позднее она анонсировала, что в случае её победы именно он станет премьер-министром [11]. Но самой главной сенсацией стала позиция Жан-Люка Меланшона, чьи голоса имели существенное значение. Он наотрез отказался кого-либо поддержать во втором туре. Было смешно наблюдать как в течение 2 недель между первым и вторым турами выборов почти все СМИ со слезами на глазах уговаривали Меланшона выступить в поддержку Э. Макрона, взывая к «республиканским ценностям» и солидарности в борьбе с «правым экстремизмом». Однако, единственного чего удалось добиться от «непокоренного кандидата», это его призыва к своим сторонникам не голосовать за М. Ле Пен [12]. При этом о поддержке Э. Макрона не было сказано ни слова. Таким образом, в отличие от 2002 года, «республиканский фронт» получился усеченным. В настоящее время, таким образом, даже среди французских политиков все меньше тех, кто считает, что Национальный Фронт – это «ужас-ужас» и ничего не может быть на свете хуже его победы.

Дебаты между М. Ле Пен и Э. Макроном

В период между двумя турами состоялись дебаты между Эмманюэлем Макроном и Марин Ле Пен. Они вновь оказались очень жесткими, но по результатам социологических опросов дебаты не оказали серьёзного воздействия на предпочтения избирателей. Результаты второго тура, состоявшегося 7 мая, показали, что «республиканский фронт» даже в усеченном виде взял верх. Победу одержал «человек ниоткуда» Э. Макрон, за которого проголосовали 66,10% избирателей, в то время как за М. Ле Пен проголосовало 33,90% избирателей [10]. Несмотря на то, что это лучший результат для кандидата от Нацфронта за всю его историю, он показал, что такой кандидат в современной Франции пока не может победить в принципе. Существует своеобразный «стеклянный потолок» поддержки кандидата от Национального Фронта со стороны избирателей, который пока не удалось пробить. Многие избиратели готовы голосовать за кого угодно только не за политиков из семейства Ле Пен.

Известный блоггер Антон Носик довольно метко охарактеризовал эти выборы как «выбор между тоской и безнадегой». «Тоску» при этом воплощает Э. Макрон, являющийся плоть от плоти продуктом правящей элиты. Человек, только в конце 2016 года вышедший из Соцпартии и тут же начавший твердить, что он в ней не состоял вообще, и предлагающий фактически проводить прежнюю политику, вряд ли может всерьёз кого-то за собой увлечь. Очевидно, что голосование за Макрона является во многом «голосованием страха». «Безнадегу» воплощает М. Ле Пен. Её позиции по многим вопросам близки очень многим французам, но врожденная политкорректность и общий «экстремистский» имидж Национального Фронта являются мощным барьером против голосования за Ле Пен.

Испорченный избирательный бюллетень. Французы по-прежнему голосуют за Ширака

Следует отметить и ещё один результат второго тура – значительная часть избирателей открыто высказала свое недовольство обоими кандидатами. Во-первых, по сравнению с первым туром на 3% уменьшилась явка избирателей. Во-вторых, резко выросло число недействительных бюллетеней. Одной из традиций Франции является то, что избиратели недовольные кандидатами бросают в урну испорченные (или пустые) бюллетени либо уносят их с собой. Это является своеобразным аналогом российского голосования «против всех». Если в первом туре таких избирателей набралось 2,56%, то во втором туре их количество возросло до 11,52%! Скорее всего, большинство из них являлись сторонниками Жан-Люка Меланшона.

Наконец, нельзя не отметить, что выборы ознаменовали собой начало тектонического сдвига в развитии политической и партийной системы Франции. Из первых 5 кандидатов двое (Э. Макрон и Ж.-Л. Меланшон) возглавляют политические силы, которые только что возникли и не представлены в парламенте. Кандидаты же двух крупнейших парламентских партий (Социалистическая партия и «Республиканцы») даже не вышли во второй тур выборов. Кроме того, выборы знаменовали собой начало процесса радикализации в политической жизни страны. На правом фланге усиливаются позиции Национального Фронта и М. Ле Пен. На левом «Непокоренная Франция» постепенно оттесняет социалистов, выступая с более радикальных позиций. При этом оба радикальных лидера крайне критически относятся к членству Франции в ЕС. Политический же центр постепенно «размывается». Особенно это касается Соцпартии, которая переживает глубокий внутренний кризис, что ставит под сомнение дальнейшие перспективы её существования в нынешнем виде.

Карикатура «Макрон. Суперзвезда?» Мысль: «Со мной все найдут то, что ищут»

После президентских выборов все партии начали подготовку к парламентским выборам, которые пройдут в июне этого года в совершенно новых условиях. Традиционно победу в парламентских выборах во Франции одерживала та партия, кандидат которой был избран президентом. Однако раньше речь шла о традиционных, давно существующих партиях. Теперь же за президентом стоит движение «Вперед!», которому без году неделя. При этом традиционные партии никуда не делись, да и М. Ле Пен с Ж.-Л. Меланшоном хотят получить свою долю парламентских мест. В таких условиях возникновение устойчивого парламентского большинства в результате предстоящих выборов становится крайне маловероятным. Отсутствие команды у Э. Макрона показал и процесс формирования им правительства. В него вошли и социалисты, и «республиканцы», просто вовремя перебежавшие на его сторону. Это ещё раз свидетельствует о том, что никакой цельной и внятной программы развития страны у Макрона на данный момент не существует. Тем не менее, совершенно очевидно, что на наших глазах рождается совершенно новая Франция, но какой она в действительности получится покажет уже самое ближайшее будущее.

  1. Избирательная система, выборы и органы государственной власти во Франции // ЦИК России (www.cikrf.ru)
  2. Yannick Jadot élu candidat d’EELV face à Michèle Rivasi pour la présidentielle de 2017 // Le Lab Europe 1, 07 novembre 2016
  3. Yannick Jadot se retire de la course à la présidentielle et rallie Benoît Hamon // Le Monde.fr, 23.02.2017
  4. Résultats de la primaire de la droite: Fillon largement en tête du premier tour // Le Monde.fr, 20.11.2016
  5. Résultats de la primaire à droite: Fillon plebiscité avec 66,5% des voix // Le Parisien, 27 novembre 2016
  6. Communiqué de la Haute Autorité des Primaires Citoyennes – 25 janvier 2017 // Primaire citoyenne de 2017 (www.lesprimairescitoyennes.fr)
  7. «Друг Путина» стал кандидатом в президенты Франции // Русская служба Би-би-си, 27 ноября 2016
  8. Soupçons de favoritisme liés à la visite de Macron à Las Vegas: le parquet dit attendre «plus d’informations» // Le Monde.fr, 08.03.2017
  9. Furieux contre TF1, Dupont-Aignan quitte en direct le plateau du JT // L’Express.fr, 18/03/2017
  10. Résultats de l’élection présidentielle 2017 (23 avril et 7 mai 2017) // Ministère de l’Interieur (interieur.gouv.fr)
  11. Marine Le Pen annonce qu’elle nommera Nicolas Dupont-Aignan Premier ministre si elle est élue // BFMTV, 29/04/2017
  12. Présidentielle: deux tiers des Insoumis de Mélenchon choisissent le vote blanc ou l’abstention // Le Parisien, 02 mai 2017

Оставить комментарий